География
 
а б в г д е ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ ъ ы ь э ю я
 

География

География (от гео... и ...графия), система естественных и общественных наук, изучающих природные и производственные территориальные комплексы и их компоненты. Объединение естественных и общественных географических дисциплин в рамках единой системы наук определяется тесной взаимосвязью между изучаемыми ими объектами и общностью научной задачи, состоящей в комплексном исследовании природы, населения и хозяйства в целях наиболее эффективного использования природных ресурсов, рационального размещения производства и создания наиболее благоприятной среды для жизни людей.

загрузка...

  Система географических наук и их связь со смежными науками. Система географических наук сформировалась в ходе развития и дифференциации первоначально не расчленённой Г., которая была энциклопедическим сводом знаний о природе, населении и хозяйстве разных территорий. Процесс дифференциации привёл, с одной стороны, к специализации на изучении отдельных компонентов природной среды (рельеф, климат, почва и др.) или хозяйства (промышленность, сельское хозяйство и др.), а также населения, с другой стороны — к необходимости синтетического исследования территориальных сочетаний этих компонентов, т. е. природных и производственных комплексов.

  В системе Г. выделяются: а) естественные, или физико-географические, науки, к которым относятся физическая география в собственном смысле слова (включая общее землеведение, ландшафтоведение и палеогеографию), геоморфология, климатология, гидрология суши, океанология, гляциология, геокриология, Г. почв и биогеография, б) общественные географические науки — общая и региональная экономическая география, Г. отраслей хозяйства (Г. промышленности, Г. сельского хозяйства, Г. транспорта и др.), Г. населения, политическая Г.; в) картография, являющаяся технической наукой, но в то же время входящая в систему географических наук в силу исторических причин и общности основных целей и задач с др. географическими науками. Кроме того, к Г. относятся: страноведение, задачей которого является объединение сведений о природе, населении и хозяйстве по отдельным странам и районам, и дисциплины в основном прикладного характера — медицинская Г. (см. География медицинская) и военная Г. (см. География военная). Многие географические дисциплины одновременно в той или иной степени принадлежат к системам других наук (биологических, геологических, экономических и т.п.), поскольку резких граней между этими науками не существует.

  При общности целей у каждой науки, входящей в Г., есть собственный объект исследования, который изучается различными методами, какие необходимы для глубокого и всестороннего его познания; у каждой есть свои общетеоретическая, региональная части и прикладные разделы. Иногда прикладные отрасли и разделы географических наук объединяют под названием прикладной Г., которая, однако, не образует самостоятельной науки.

  Каждая географическая дисциплина в своих теоретических выводах опирается на материалы территориальных исследований, проводимых экспедиционными и стационарными методами и сопровождаемых картографированием. В качестве специфического способа систематизации географического материала и выявления закономерностей наряду с типологическим анализом большую роль играет районирование. Развитие работ по физико-географическому и экономическому районированию составляет одну из важных задач современной Г. Математические методы широко применяются в климатологии, океанологии, гидрологии и постепенно внедряются в другие географические науки. Для физической Г. особое значение имеет использование данных и методов смежных отраслей естествознания — геологии, геофизики, геохимии, биологии и др. Экономическая Г. тесно связана как с физической Г., так и с общественными науками — политической экономией, демографией, экономикой промышленности, сельского хозяйства, транспорта, социологией и др.

  В сфере географических исследований лежат различные источники энергии и виды естественных ресурсов. Чем острее потребность в естественных ресурсах, тем большее народнохозяйственное значение приобретают географические исследования. Г. разрабатывает научные основы для всестороннего и рационального использования природных условий и ресурсов, развития производительных сил и планомерного размещения производства, а также для охраны, восстановления и преобразования природы.

  Основные этапы развития географической мысли. (О важнейших географических путешествиях и открытиях см.(смотри) ст. Географические открытия.) Задачи и содержание Г. многократно изменялись на протяжении её многовековой истории. Эмпирическое представление об окружающей среде появилось вместе с трудом и занимало главное место в общей сумме знаний первобытного человека.

  Первые географические сведения содержатся в древнейших письменных источниках, оставленных народами рабовладельческого Востока. Низкий уровень развития производительных сил и слабая связь между отдельными культурами 4—1-го тыс. до н. э.(наша эра) определяли ограниченность географического кругозора; истолкование природы было главным образом религиозно-мифологическим (мифы о сотворении мира, всемирном потопе и т.д.).

  Первоначальные, ещё чисто умозрительные попытки естественнонаучного объяснения географических явлений (смены суши и моря, землетрясений, разливов Нила и пр.) принадлежат философам ионийской школы 6 в. до н. э.(наша эра) (Фалес, Анаксимандр). Одновременно в Древней Греции развитие мореплавания и торговли вызвало необходимость в описаниях суши и морских берегов. Гекатей Милетский составил описание всех известных в то время стран. Т. о., уже в науке 6 в. до н. э.(наша эра) наметились два самостоятельных географических направления: общеземлеведческое, или физико-географическое, существовавшее в рамках нерасчленённой ионийской науки и непосредственно связанное с натурфилософскими концепциями, и страноведческое, имевшее описательно-эмпирический характер. В эпоху «классической Греции» (5—4 вв.(века) до н. э.(наша эра)) крупнейшим представителем первого направления был Аристотель (в его «Метеорологии» содержатся идеи взаимопроникновения земных оболочек и круговорота воды и воздуха), а второго — Геродот. К этому времени уже возникли идеи о шарообразности Земли и о пяти тепловых зонах. К эллинистическому периоду (3—2 вв.(века) до н. э.(наша эра)) относится разработка учёными александрийской школы (Дикеарх, Эратосфен, Гиппарх) математической Г. (определение размеров земного шара и положения пунктов на его поверхности, картографические проекции). Эратосфен попытался объединить все направления в одном труде под названием «География» (он же впервые довольно точно определил окружность земного шара).

  Античная Г. получила своё завершение в 1—2 вв.(века) н. э.(наша эра) в трудах Страбона и Птолемея. Первый представлял страноведческое направление. В «Географии» Страбона с её описательным характером и преобладанием номенклатурно-топографического, этнографического, политико-исторического материала видны черты будущей хорологической концепции, базирующейся исключительно на развёртывании явлений в пространстве. «Руководство по географии» Птолемея — это перечень пунктов с указанием их географических координат, которому предпосылается изложение способов построения картографических проекций, т. е. материал для составления карты Земли, в чём он и видел задачу Г. Физико-географическое направление после Аристотеля и Эратосфена не получило заметного развития в античной науке. Последним его видным представителем является Посидоний (1 в. до н. э.(наша эра)).

  Географические представления раннего европейского средневековья складывались из библейских догм и некоторых выводов античной науки, очищенных от всего «языческого» (в т. ч. от учения о шарообразности Земли). Согласно «Христианской топографии» Космы Индикоплова (6 в.), Земля имеет вид плоского прямоугольника, омываемого океаном, солнце ночью скрывается за горой, а все большие реки берут начало в раю и протекают под океаном. В странах феодального Востока наука в это время стояла на относительно более высоком уровне. Китайцы, арабы, персы и народы Средней Азии дали множество страноведческих сочинений (правда, в основном номенклатурного и историко-политического содержания); значительное развитие получили математическая Г. и составление карт. С середины 13 в. пространственный кругозор европейцев стал расширяться, но это мало повлияло на их географические воззрения.

  В 15 в. итальянские гуманисты перевели труды некоторых античных географов, под влиянием которых (в особенности Птолемея) формировались представления эпохи, предшествовавшей Великим географическим открытиям. Географическая мысль постепенно освобождалась от церковных догм. Возродилась идея шарообразности Земли, а вместе с ней концепция Птолемея о близости западных берегов Европы и восточной окраины Азии, которая отвечала стремлению достичь морским путём Индии и Китая (социально-экономические предпосылки для осуществления этого стремления вполне созрели к концу 15 в.). После Великих географических открытий Г. выдвинулась на положение одной из важнейших отраслей знания. Она обеспечивала потребности молодого капитализма в подробных сведениях о разных странах, торговых путях, рынках, природных богатствах и выполняла главным образом справочные функции. В европейских государствах многократно издавались «География» Птолемея (с дополнениями) и различные «космографии». Научный уровень этих изданий невысок: новые сведения в них часто перемежались со старыми, большое внимание уделялось всяческим курьёзам и небылицам. Особой популярностью пользовались карты, а с конца 16 в. — атласы. Стали появляться и подробные описания отдельных стран с преимущественным вниманием к экономике и политике (среди них образцовое для своего времени «Описание Нидерландов» Л. Гвиччардини, 1567). В процессе географических открытий было установлено единство Мирового океана, опровергнуто представление о необитаемости жаркого пояса, обнаружены пояса постоянных ветров, морские течения, но природа материков оставалась мало изученной. В 16—17 вв.(века) большие успехи делают механика и астрономия. Однако физика ещё не могла создать достаточных предпосылок для объяснения географических явлений. Общеземлеведческое направление в Г. стало приобретать прикладной характер: оно было подчинено главным образом интересам навигации (Земля как планета, географические координаты, морские течения, приливы, ветры).

  Крупнейшим географическим трудом, подводящим научные итоги периода Великих географических открытий, явилась «Geographia generalis¼« Б. Варениуса (1650), в которой рассмотрены основные особенности твёрдой земной поверхности, гидросферы и атмосферы. Г., по Варениусу, — наука о «земноводном шаре», который, по его мнению, должен изучаться в целом и по частям.

  2-я половина 17 в. и 1-я половина 18 в. выделяются главным образом успехами в картографировании Земли. Заметно возрос также интерес к изучению природных условий разных стран и усилилось стремление к объяснению природы Земли и её процессов (Г. Лейбниц в Германии, Ж. Бюффон во Франции, М. В. Ломоносов в России). Природа стала объектом монографического регионального исследования (например, «Описание земли Камчатки» С. П. Крашенинникова, 1756). Однако оригинальных общеземлеведческих обобщений почти не появлялось, а в популярных «космографиях» и учебниках по Г. природе отводилось ничтожное место.

  Крупный вклад в зарождавшуюся экономическую Г. внесли М. В. Ломоносов и его предшественники И. К. Кирилов и В. Н. Татищев.

  Следующий заметный рубеж в истории Г. относится к 60-м гг. 18 в., когда началась организация больших естественнонаучных экспедиций (например, Академические экспедиции в России). Отдельные натуралисты (русский учёный П. С. Паллас, немецкий учёные Г. Форстер, позднее А. Гумбольдт) ставят своей целью изучение взаимосвязей между явлениями. Вместе с тем усугубляется разрыв между географическими исследованиями путешественников-естествоиспытателей, основанными на строго научном анализе фактов, и географическими руководствами и учебниками, в которых давался набор не всегда достоверных сведений о государствах (политический строй, города, религия и пр.). Правда, известны первые попытки построить географическое описание по естественному территориальному делению (орографическое или гидрографическое, а в России — по трём широтным полосам — северной, средней и южной). В области физической Г. конец 18 — начало 19 вв.(века) не дали крупных обобщений. Лекции по физической географии немецкого философа И. Канта, опубликованные в 1801—02, вносят мало нового в познание географических закономерностей, но представляют идейную основу взгляда на Г. как на хорологическую (пространственную) науку.

  В 1-й половине 19 в. выдающиеся достижения естествознания позволили отказаться от натурфилософских догадок, объяснить основные процессы природы и свести их к естественным причинам. А. Гумбольдту («Космос», 1845—62) принадлежит новая попытка синтезирования данных о природе Земли, накопленных наукой. Он поставил перед физической Г. задачу исследовать общие законы и внутренние связи земных явлений (прежде всего — между живой и неживой природой). Но его синтез ещё не мог быть полным, он ограничивался главным образом фито-климатическими соотношениями. В это же время немецкий географ К. Рнттер развивал совершенно иной взгляд на Г. Его интересовала не объективно существующая природа, а лишь её влияние на человека, которое он трактовал в духе вульгарного географизма. Главный его труд, посвященный землеведению («Die Erdkunde im Verhältnis zur Natur und zur Geschichte des Menschen¼", Bd 1—19, 1822—59), представляет своего рода инвентарную опись вещественного заполнения «земных пространств». Г., по Гумбольдту и по Риттеру, — это в сущности две разные науки: первая — естественная дисциплина, вторая — гуманитарное страноведение. В трудах этих учёных лишний раз был подчёркнут двойственный характер Г., наметившийся ещё в античную эпоху. Наряду со стремлением использовать страноведение как вспомогательный материал для объяснения исторических процессов, своё первоначальное выражение получает и прикладная экономическая Г. в форме т. н. камеральной статистики. Это — собрание систематизированных (в государственноведческом порядке) сведений о населении, хозяйстве, административно-политическом устройстве территории, финансах, торговле, военном потенциале и т.п.

  В России в 1-й половине 19 в. произошло чёткое размежевание между экономической Г. («статистикой») и физической, которая разрабатывалась физиками (Э. Х. Ленц и др.) и даже рассматривалась как часть физики. Начавшаяся бурная дифференциация естествознания (ещё в 18 в. возникает геология, позднее начинают формироваться климатология, фитогеография, океанография), казалось, лишала Г. собственного предмета исследования. В действительности же этот процесс был необходимым условием для последующего перехода к географическому синтезу на новом уровне.

  После Гумбольдта первые элементы синтеза встречаются у выдающихся русских путешественников-натуралистов 40—60-х гг. 19 в., в частности у А. Ф. Миддендорфа, Э. А. Эверсмана, И. Г. Борщова, Н. А. Северцова (последнему принадлежит опыт выделения «родов местности» — прообраза географического комплекса в его современном понимании). Что касается «статистики», то уже в дореформенной России она всё более отходит от традиционного государствоведения и приобретает географический характер благодаря широкому интересу передовой общественной мысли к различиям в экономике разных территорий и экономическому районированию.

  В период перехода от эпохи свободной конкуренции к эпохе монополистического капитализма (с 70-х гг. 19 в.) резко возросла потребность капиталистического хозяйства в различных видах естественных ресурсов, что стимулировало развитие специализированных географических исследований (гидрологических, почвенных и др.) и способствовало обособлению отраслевых географических дисциплин. С другой стороны, сохранился разрыв между общей Г. (землеведением), имевшей естественно-научную направленность [например, труд Э. Реклю (Франция) «Земля», 1868—1869], и частной, или региональной, Г., где на передний план выдвигался человек (например, «Всемирная география» того же Э. Реклю, 1876—94). Некоторые географы (П. П. Семенов, Д. Н. Анучин, Г. Вагнер) признавали, что Г. уже не представляет собой единой науки. Всё же преобладало мнение, что Г. — наука естественная (О. Пешель, А. Кирхгоф, Ф. Рихтгофен в Германии; П. П. Семенов и др. в России; Р. Хинмен в США). В 1887 Г. Герланд попытался обосновать представление о Г. как самостоятельной естественной науке о Земле, но свёл её к геофизике. Однако уже в 1880-х гг. зарубежная Г. отходит от естественно-научной концепции. Немецкий географ Ф. Ратцель положил начало антропогеографическому направлению, идейными основами которого являются социальный дарвинизм и географический детерминизм; дальнейшее развитие этого учения увело многих географов в область реакционных социологических идей и лженаучной геополитики. Представители другого, хорологического направления, восходящего к Канту, старались обосновать самостоятельность Г., исходя из особого, пространственного подхода. Хорологический взгляд на Г. наиболее подробно развил в начале 20 в. немецкий географ А. Гетнер. По его мысли, Г. охватывает и природные и общественные явления, но рассматривает их не по их собственным свойствам, а только как «предметное заполнение земных пространств»; она не должна изучать развитие предметов и явлений во времени, заниматься обобщениями и устанавливать законы, её интересуют лишь индивидуальные особенности отдельных мест, т. е., в конечном счёте, она сводится к страноведению.

  Стремление ограничить сферу Г. изучением региональных сочетаний предметов и явлений в рамках отдельных стран и местностей весьма характерно для начала 20 в. Французская географическая школа, основанная П. Видаль де ла Блашем, считала своей задачей описание «гармонического единства» природной среды и образа жизни человека в пределах отдельных местностей. Труды этой школы отличаются мастерством региональных характеристик, но в то же время для них показательны описательность и эмпиризм, пейзажный подход к природе и отсутствие глубокого анализа социально-экономических условий. Уже в 10-х гг. 20 в. французская школа приобрела односторонне гуманитарное направление («география человека»).

  В России в конце 19 в. В. В. Докучаев, опираясь на разработанное им учение о почве и прогрессивные идеи русской биогеографии, положил начало комплексным физико-географическим исследованиям, задачи которых он тесно связывал с решением народно-хозяйственных проблем. Большой вклад в познание географических взаимосвязей внёс А. И. Воейков. Ему же принадлежат выдающиеся исследования в области воздействия человека на природу (в 60-х гг. 19 в. к этой проблеме привлек внимание американский учёный Дж. П. Марш).

  В 1898 В. В. Докучаев высказал мысль о необходимости противопоставить «расплывающейся во все стороны географии» новую науку о соотношениях и взаимодействиях между всеми элементами живой и мёртвой природы. Введением к этой науке послужило его учение о зонах природы. В. В. Докучаев создал школу географов-натуралистов и практиков, которые как в теоретических, так и в прикладных исследованиях руководствовались идеей географического комплекса. Конкретизация этой идеи в начале 20 в. привела к формулировке понятия о ландшафте как природном территориальном единстве, составляющем основной объект географических исследований (Г. Н. Высоцкий, Г. Ф. Морозов, Л. С. Берг, А. А. Борзов, Р. И. Аболин). Л. С. Берг в 1913 показал, что каждая природная (ландшафтная) зона слагается из ландшафтов определённого типа. В области общего землеведения работали А. Н. Краснов, П. И. Броунов, А. А. Крубер, однако им, как и их зарубежным коллегам, не удалось поднять эту отрасль Г. на уровень самостоятельной научной теории; за ней в то время сохранялась функция учебного предмета.

  Английскому географу Э. Дж. Гербертсону принадлежит первая схема природного районирования всей суши (1905), построенная главным образом с учётом широтных и долготных изменений климата, а также орографии и растительного покрова. В Германии З. Пассарге выдвинул в 1913 идею естественного ландшафта и разрабатывал её в последующие годы; он предложил классификацию ландшафтов и схему их морфологического расчленения, однако недооценил роль внутренних взаимосвязей между компонентами ландшафта и необходимость генетического подхода к изучению природных явлений.

  Для состояния зарубежной географической мысли в период между двумя мировыми войнами характерно господство хорологической концепции (после А. Гетнера особенно настойчивым её защитником выступил американский учёный Р. Хартшорн в 1939) и всё больший отход от природы в сторону «культурно-географических» явлений. Школа «культурного ландшафта» (немецкий учёный О. Шлютер, американский учёный К. Зауэр и др.) сосредоточивала своё внимание на изучении внешних результатов деятельности человека на Земле (населённые пункты, жилища, дороги и т.п.). При этом некоторые географы подробно рассматривали антропогенность многих черт географической среды, однако при изучении результатов хозяйственной деятельности человека не учитывали объективные закономерности развития общества, поэтому отдельные экономико-географические экскурсы были недостаточно научны. В то же время в зарубежной Г. усилился интерес к прикладным географическим исследованиям. Так, в некоторых районах США предпринимались полевые исследования земель для нужд сельского хозяйства и для целей районных планировок; однородные территориальные единицы (unit area) выделялись на основе аэроснимков путём картографирования отдельных природных элементов (крутизна склона, почва и др.) и хозяйственных типов земель и их механического наложения.

  Развитие и современное состояние советской Г. Великая Октябрьская социалистическая революция открыла широкие горизонты для развития Г. В Советской России внимание географов уже с 1918 было направлено на изучение естественных производительных сил. В 20—30-е годы АН(Академия наук) СССР организовала большие комплексные экспедиции, имевшие важное значение для изучения производительных сил Советского Союза. Для исследования растительных ресурсов СССР и зарубежных стран немаловажную роль сыграли экспедиции Н. И. Вавилова.

  Наряду с теоретической разработкой вопросов климатологии, гидрологии, геоморфологии, гляциологии, почвоведения, геоботаники, мерзлотоведения, палеогеографии быстро возрастал интерес к комплексным физико-географическим и экономико-географическим проблемам, в том числе районированию. С этим, в свою очередь, связаны исследования закономерностей территориальной физико-географической дифференциации (Л. И. Прасолов, С. С. Неуструев, Б. А. Келлер и др.). К 20—30-м гг. относятся и первые полевые ландшафтные съёмки и начало разработки ландшафтных карт (Б. Б. Полынов, И. В. Ларин, Р. И. Аболин). Большое теоретическое значение для физической Г. имело учение о биосфере, разработанное В. И. Вернадским (1926).

  В 30-е гг. теоретическая разработка советской физической Г. шла по двум направлениям — общеземлеведческому и ландшафтоведческому. Первое представлял А. А. Григорьев, который ввёл понятия о географической оболочке и физико-географическом процессе, а также настаивал на применении точных количественных методов в физической Г. Труды Л. С. Берга создали основу для учения о ландшафте, которое далее развивали М. А. Первухин, Л. Г. Раменский, С. В. Калесник.

  Важной составной частью исследований по физической Г. явились также труды Ю. М. Шокальского, Н. Н. Зубова и др. по изучению океанов и морей.

  Исходные методологические основы для экономической Г. были разработаны в классических работах К. Маркса и Ф. Энгельса. Первостепенное значение для теории советской экономической Г. имели произведения В. И. Ленина «Развитие капитализма в России» (1899), «Новые данные о законах развития капитализма в земледелии» (1915), «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916), идеи В. И. Ленина в «Наброске плана научно-технических работ» (1918), а также опыт составления плана ГОЭЛРО и участие экономико-географов в работах Госплана по экономическому районированию страны (И. Г. Александров, Л. Л. Никитин). Но марксистско-ленинская теория экономической Г. в СССР сложилась не сразу. Идейная борьба в этой науке вначале шла между т. н. отраслево-статистическим направлением, в котором ещё сохранялись традиции буржуазной школы, и марксистским (районным) направлением. Острая методологическая дискуссия, протекавшая в СССР на рубеже 20—30-х гг., закончилась победой марксистского направления, но вместе с тем показала, что противопоставление отраслевого направления районному неправомерно, поскольку и отраслевой и районный разрезы могут быть и буржуазными и марксистскими. Борьбу с буржуазными взглядами, а также с левацкими тенденциями, направленными на отрыв экономической Г. от физической, возглавил Н. Н. Баранский.

  Практический опыт и теоретические дискуссии последующих десятилетий подтвердили факт объективно сложившегося разделения Г. на две группы наук — естественную и общественную — и показали необоснованность попыток возродить т. н. единую Г. Наличие собственных задач у отдельных географических дисциплин не исключает, однако, существования комплексных межотраслевых географических проблем, таких, например, как проблема теплового и водного баланса земной поверхности и его преобразования, научное обоснование крупных региональных народнохозяйственных проектов, связанных с комплексным освоением естественных ресурсов, и др. Важные теоретические результаты, полученные в отраслевых географических дисциплинах, способствуют развитию синтетического подхода к изучению как природных, так и производственных территориальных комплексов, а также к познанию взаимоотношений между теми и другими.

  Успехи в изучении радиационного и теплового баланса (М. И. Будыко), циркуляции воздушных масс (Б. П. Алисов, Е. С. Рубинштейн, С. П. Хромов и др.), влагооборота в атмосфере (О. А. Дроздов) и др. имеют значение не только для климатологии, но и для общей теории физической Г., в частности для разработки учения о географической зональности. Исследования планетарного круговорота влаги (Г. П. Калинин, М. И. Львович), теплообмена в системе атмосфера — суша — океаны (В. В. Шулейкин), многолетней изменчивости теплового режима, увлажнения, оледенения (Б. Л. Дзердзеевский, М. В. Тронов, А. В. Шнитников и др.) выходят за рамки отдельных географических наук (гидрологии, климатологии, океанологии, гляциологии) и вносят существенный вклад в познание структуры и динамики географической оболочки земного шара. Решение этой важнейшей физико-географической проблемы в большой степени связано также с синтетическими исследованиями рельефа суши (И. П. Герасимов, К. К. Марков, Ю. А. Мещеряков, И. С. Щукин, Б. А. Федорович), изучением океанического дна и береговой зоны морей и океанов (В. П. Зенкович, О. К. Леонтьев, Г. Б. Удинцев и др.). В исследованиях по генезису, классификации почв и их картографированию (И. П. Герасимов, В. А. Ковда, Н. Н. Розов и др.), по их водному режиму (А. А. Роде) и геохимии (М. А. Глазовекая) ярко проявляется географическое направление в почвоведении и тесная связь последнего с другими географическими дисциплинами. Проблема биологической продуктивности суши и Мирового океана также относится к Г.; её решение предполагает анализ всесторонних взаимосвязей между биоценозами и их географической средой и в значительной мере опирается на успехи в познании географических закономерностей растительного покрова (Е. М. Лавренко, В. Б. Сочава, В. Н. Сукачев и др.) и животного населения суши (А. Г. Воронов, А. Н. Формозов и др.), так же как и органического мира океанов (В. Г. Богоров, Л. А. Зенкевич и др.). Комплексный характер проблем, стоящих перед современной Г., неизбежно ведёт к формированию новых, «пограничных» (в т. ч. прикладных) дисциплин, стоящих на стыке между Г. и смежными науками, таких, как биогеоценология (В. Н. Сукачёв), геохимия ландшафта (Б. Б. Полынов, А. И. Перельман, М. А. Глазовская), медицинская Г. (Е. Н. Павловский, А. А. Шошин и др.), и вызывает необходимость в применении новейших математических и др. методов для решения различных географических проблем.

  Синтетический подход к исследованию природных явлений на Земле находит наиболее полное выражение в собственно физической Г. как науке о природных географических комплексах (геосистемах). Одна из ветвей этой науки — общая физическая Г. (общее землеведение) — занимается исследованием общих закономерностей строения и развития географической оболочки в целом, включая присущие ей круговороты вещества и связанной с ним энергии, зональную и азональную структуру, поступательные и ритмические изменения и т.д. (А. А. Григорьев, С. В. Калесник, К. К. Марков и др.). Другая ветвь — ландшафтоведение — имеет дело с изучением территории дифференциации географической оболочки и закономерностей строения, развития и размещения географических комплексов разного порядка (зон, ландшафтов, фаций и т.д.); основные работы ведутся в области морфологии, динамики, систематики ландшафтов и физико-географического (ландшафтного) районирования (Д. Л. Арманд, Н. А. Гвоздецкий, К. И. Геренчук, А. Г. Исаченко, С. В. Калесник, Ф. Н. Мильков, Н. И. Михайлов, В. С. Преображенский, Н. А. Солнцев, В. Б. Сочава и др.), а также в сфере прикладного ландшафтоведения (сельскохозяйственного, инженерного, медицинского и др.). Важное познавательное и практическое значение имеют региональные физико-географические монографии по СССР и зарубежным странам. Среди них — 15-томная серия «Природные условия и естественные ресурсы СССР» института географии АН(Академия наук) СССР, работы Б. Ф. Добрынина, Э. М. Мурзаева, Е. Н. Лукашовой, М. П. Петрова, А. М. Рябчикова, Т. В. Власовой и др. по физической Г. зарубежных стран.

  Общественно-географические науки опираются на закономерности социально-экономических наук, с которыми тесно взаимодействуют. Так, Г. промышленности в целом и отдельных промышленных отраслей тесно связаны с экономикой промышленности и экономикой других отраслей. Большое значение приобрело использование экономико-географического анализа в практических работах по территориальному планированию. Наряду с разработкой общей теории экономической Г., и в частности вопросов формирования интегральных экономических районов (Н. Н. Баранский, П. М. Алампиев, В. Ф. Васютин, Л. Я. Зиман, Н. Н. Колосовский, А. М. Колотпевский, О. А. Константинов, В. В. Покшишевский, Ю. Г. Саушкин, Б. Н. Семевский, Я. Г. Фейгин и др.), советские географы вели научные исследования в районном и в отраслевом планах.

  Региональные экономико-географические работы выразились, в частности, в создании обширной серии порайонных монографий-характеристик, выпускавшихся институтом географии АН(Академия наук) СССР (И. В. Комар, Г. С. Невельштейн. М. И. Помус, С. Н. Рязанцев и др.). Из отраслевых исследований выделяются монографии по Г. промышленности (М. Б. Вольф, А. Е. Пробст, П. Н. Степанов, А. Т. Хрущев и др.), сельского хозяйства (А. Н. Ракитников и др.), транспорта (М. И. Галицкий, И. В. Никольский и др.). Проблемы Г. населения и городов разрабатывали Р. М. Кабо, С. А. Ковалев, Н. И. Ляликов, В. В. Покшишевский, В. Г. Давидович и др.

  Возрастающие масштабы потребления естественных ресурсов и чрезвычайная актуальность проблемы повышения экономической эффективности их использования дали толчок исследованиям в области хозяйственной оценки природных условий и естественных ресурсов (И. В. Комар, Д. А. Минци др.). Это направление в науке формируется в особую отрасль, лежащую на стыке экономической Г. с физико-географическими дисциплинами.

  Одна из новых тенденций в развитии советской экономической Г. выражается в стремлении применить математические методы (включая моделирование) к изучению производственных территориальных комплексов, расселения, межрайонных связей и т.д.

  Важное место в советской экономической Г. занимают исследования зарубежных стран (И. А. Витвер, А. С. Добров, Г. Д. Кулагин, С. Б. Лавров, И. М. Маергойз, К. М. Попов и др.); в качестве особого направления можно выделить изучение ресурсов развивающихся стран (В. В. Вольский, Ю. Д. Дмитревский, М. С. Розин).

  Историей Г. и исторической Г. много занимались И. А. Витвер, Д. М. Лебедев, И. П. Магидович, Н. П. Никитин, В. К. Яцунский.

  Г. в своём развитии всегда была тесно связана с картографией. В пограничных областях между географическими науками и картографией образовались соответствующие ветви тематического картографирования — геоморфологическое, почвенное, ландшафтное, экономическое и т.д. Общая тенденция современного развития системы географических наук — создание комплекса из отдельных отраслей Г. — нашла отражение и в картографии. Практически это выражается в создании за 60-е гг. 20 в. ряда крупных комплексных атласов (Физико-географический атлас мира, 1964; Атлас Антарктики, 1966; многочисленные атласы союзных и автономных республик, краев и областей), а также серий карт. В теоретических и методических исследованиях по картографии на передний план выдвигаются общие вопросы комплексного картографирования (К. А. Салищев), принципы и методы картографирования природы (И. П. Заруцкая, А. Г. Исаченко, В. Б. Сочава), населения и хозяйства (Н. Н. Баранский, А. И. Преображенский и др.).

  Современная Г. всё более превращается в науку экспериментально-преобразовательного, или конструктивного, характера. Ей принадлежит важная роль в разработке крупнейшей общенаучной проблемы взаимоотношения природы и общества. Научно-техническая революция, вызвавшая резкое усиление воздействия человека на природные и производственные процессы, настоятельно требует взять это воздействие под строгий научный контроль, что означает прежде всего умение предвидеть поведение геосистем, а в конечном счёте — способность управлять ими на всех уровнях, начиная с локального (например, территории больших городов и их пригородов) и регионального (например, Западная Сибирь), кончая планетарным, т. е. географической оболочкой в целом. Эти цели определяют необходимость дальнейшей разработки теории природных и производственных территориальных комплексов и их взаимодействия с привлечением новейших достижений и методов математики, физики и других наук,